Таиланд катои


Катои на Пхукете

Мужчины и женщины – обычно именно так мы привыкли делить всех людей, но в Таиланде вы можете встретить еще и третий пол – мужчин, которые стали женщинами. Они называются катоями (katoey – так это звучит по-тайски), фаранги принесли с собой новое слово – ледибой (ladyboy). Нам привычнее слышать трансвестит или транссексуал.

Как узнать катоя

Сами про себя катои говорят так: «Я родился не в том теле, но в правильной стране!» В Таиланде действительно огромное количество ледибоев, официальные цифры говорят о 10000, но по негласным данным их насчитывается в десятки раз больше. Такое их количество объясняется просто: в стране толерантно относятся к людям третьего пола.

Часто очень сложно отличить катоя от обычной тайки, и туристы, пытающиеся снять девочку в самых злачных районах Пхукета, могут попасть в неприятную ситуацию, когда обнаружат, кого же на самом деле привели к себе в номер. А ледибои лишь с виду  – создания хрупкие и нежные, на деле они обладают недюжинной силой, как настоящий мужчина, и могут вас хорошенько стукнуть за оскорбление.

Но все-таки катоя можно распознать, необходимо лишь проявить внимательность:

1. Катои обычно выше по сравнению с маленькими тайскими девушками.

2. Слишком сексуально-вызывающее поведение и чрезмерное внимание к своей внешности. Также их наряды всегда очень сексуальные: длинные платье в стиле кабаре, часто с перьями, или, наоборот, едва прикрывающие тело наряды.

3. Пропорции тела типично-мужские и обязательно широкие плечи.

4. Слишком большая грудь и отсутствие бюстгальтера.

5. Адамово яблоко (хотя некоторые удаляют его хирургическим путем), низкий голос, если не было операции на связках, и более квадратные локти, чем у женщин.

Если вы заметите хотя бы один из этих признаков, стоит насторожиться и присмотреться внимательнее.

Как и почему становятся катоями

Обижать и относиться, как к каким-то неполноценным людям, к катоям в Таиланде не принято, потому что они не по своей воле выбрали такой путь. Их появление можно объяснить двумя способами: научным и медицинским.

С биологической точки зрения, возможно, это какое-то нарушение на генном уровне, которое характерно не только для катоев на Пхукете и во всем Таиланде, но и для региона в целом. В других странах азиатского региона процент трансвеститов в десятки раз больше, чем в любой европейской стране.

Сами же тайцы объясняют это явление наказанием за испорченную карму в предыдущей жизни. Ведь, от того, насколько чисто ты прожил ее, зависит, кем ты станешь в следующем своем проявлении. Так вот, ледибои, видимо, настолько плохо вели себя, что теперь вынуждены жить в таком потерянном состоянии: с душой женщины в мужском теле. Поэтому они достойны исключительно жалости, но никак не порицания.

Обычно мальчики осознают, что хотят быть девочками в возрасте от 3 до 10 лет, причем это осознание происходит не с сексуальной стороны, а скорее с пристрастий к женской одежде, выполнению женских ролей в обществе, типично женскому поведению. С 10 лет они уже начинают принимать гормональные препараты, которые можно спокойно купить в любой аптеке на Пхукете. А к старшим классам им разрешают носить женскую одежду и отпускать длинные волосы.

Позже, начав зарабатывать, катой может сделать операцию: от пластики груди до полной смены пола, когда отличить, кто перед вами – мужчина или женщина, сможет только опытный медик. Но закон Таиланда не признает официально смену пола, поэтому в документах катои все равно остаются мужчинами.

Где находят свое призвание ледибои

Благодаря буддистскому мировосприятию катои не остаются на задворках общества и могут вести вполне полноценную жизнь, находя работу в привычных сферах. Среди работниц салонов красоты, магазинов, ресторанов, садовников, учителей можно встретить немало катоев. Популярные певицы, артистки, танцовщицы – и среди них большое количество катоев.

Но приезжающие на Пхукет ассоциируют катоев лишь с секс-индустрией, но это не совсем правильно, поскольку данное направление деятельности ледибоев получило развитие лишь с возникновением туристического бума в 60-70-е годы прошлого века. Раньше же они довольно обособленно держались собственными небольшими общинами.

Сейчас катои на Пхукете – крайне распространенное явление.  Популярная на Бангла Роуд Soi Crocodile – средоточие катоев  в барах, клубах, просто на улице. Напротив дискотеки Seduction на Soi Vegas есть небольшой бар – Cocktails and Dreams, в котором можно посмотреть бесплатное шоу с участием катоев, но обязательно нужно купить выпивку. Профессиональное шоу, которое дает катоям хороший заработок, можно увидеть в Simon Cabaret. Paradise Complex – пристанище геев в Патонге, также порадует несколькими скромными шоу. Если вы захотите сфотографироваться с катоем на Пхукете, не забывайте, что эта услуга платная.

Когда же катои выходят из возраста, пригодного для участия в шоу и торговли телом (после 30-35 лет), то их ждет два варианта развития жизни: в лучшем случае они найдут себе мужа (да, некоторые мужчины предпочитают жить с катоями) или будут жить со своими «сестрами», в худшем их ждет бесцельное времяпрепровождение, случайные заработки и депрессия.

Несмотря на то что к катоям на Пхукете относятся лояльно, жизнь их не такая легкая и прекрасная, как им хотелось бы: вечное выживание, попытки доказать, что они такие же, как и все, отвернувшиеся родственники, особенно отцы, психологические проблемы в принятии самих себя.

www.phuket-fever.ru

Большой тайский секрет или Она мужчина.

Во время последнего путешествия в Таиланд помимо прекрасных и без сомнения заслуживающих внимания достопримечательностей меня заинтересовала щекотливая тема сексуальных развлечений, за которыми сюда стекаются миллионы туристов со всего мира. А именно столь известных жено-мужчин, которых на улицах Паттаи, Бангкока и других популярных курортов чуть ли не больше чем обыкновенных мужчин и женщин. К моему удивлению информации по тематике практически не удалось раздобыть, за исключением статьи в Википедии дающей определение данному явлению, пары книг европейских исследователей и рекламных порно сайтов, зазывающих, и открыто демонстрирующих все прелести перевоплощения полов. Возможно, причину недостатка информации стоит искать в исторически сложившихся традициях, наличии «запретных тем» обсуждать которые с вами не будет ни один уважающий себя таец – это король, его семья, Вера и как мне показалось Катои. Более того ни yandex ни google не изобилуют сведениями, максимум пара отзывов на туристических сайтах и блогах с любительскими фотографиями. Начнем, пожалуй, с определения.

Секс в Таиланде в отличие от нашей с вами исторической родины СССР есть, да еще какой. Здесь любой желающий сможет приобщиться к чему угодно, как и с кем угодно, за небольшую плату или вовсе бесплатно, если повезет. Но вот результат может оказаться сюрпризом. Но сейчас не об этом, а загадочных или не очень «девушках» катой (kathoey) так называемого «третьего пола» в Таиланде, состоящего из транссексуалок (мужчин, сменивших пол на женский) и трансвеститов, принимающих женский облик. Представители катой называются в Таиланде также по-английски ladyboys или по-тайски sao («другой тип женщин»), а также phet thee sam (третий пол). Про катой с некоторой иронией говорят, что это — «настоящие женщины» (так как их выбор своего пола — осознанный) или «женщины высшего сорта». Понятие катой достаточно широко — оно описывает мужчин, которые демонстрируют женственность в разной степени — от одежды и косметики, до других аспектов полоролевого поведения, а также мужчин, которые для феминизации используют гормональную терапию, коррекцию формы груди, удаление адамова яблока и прохождения операции на гениталиях. Независимо от степени феминизации катой, их сексуальные интересы могут быть направлены на мужчин, женщин и других катоев.

Катой распознаются в раннем возрасте и их «третий пол» считается врождённым качеством. Ещё в подростковом возрасте они получают свободный доступ к гормональным препаратам. Но более интересными кажутся социальные аспекты столь широкого распространения именно в данном регионе.

Причина материальная

Бедность, отсутствие денег, пропитания или др. материальных благ в стране, где всевозможные фрукты и овощи растут повсюду, урожай некоторых культур собирают по 5 раз в год, а благоприятный климат и море обеспечивают постоянный туристический поток; кажутся просто нелепыми. Половина земного шара страдает от голода в 21 веке, но процент транссексуалов в той же Африке не превышает 1-3%, в среднем по миру он колеблется от 4-6%.

Катои даже в толерантном Таиланде вне закона. По паспорту они по-прежнему мужчины, работают обычно на женских работах — в магазинах, кофейнях, ресторанах, салонах красоты. Многие работают в туристских центрах и в индустрии развлечений — танцуют, выступают в кабаре — таких как Альказар или Тиффани в Паттайе, а зачастую просто занимаются проституцией. Т.е. социально полностью выражают себя женщинами. Заработок зависит от уровня образования, внешнего вида, коммуникативных навыков и просто удачи, т.к. на престижные места катоев предпочитают не брать, но обеспечить себе сносное существование может каждый или каждая.

Катои в Таиланде — достаточно привычное явление, нашедшее место в культуре страны: к катоям относятся немало популярных моделей, певиц и кинозвёзд, в таиландских газетах нередко печатают фотографии победителей конкурсов красоты среди женщин и катоев.

Причина туристическая

Последние десятилетие туризм развивается семимильными шагами и с большой натяжкой можно посетовать на развращение туристами бедных тайцев, пытающихся «легким» способом заработать лишний доллар. Если бы не одно но, зачастую катой проявляются в раннем детстве, вдалеке от туристических центров, в обычных тайских семьях в северных регионах Таиланда. Не только в городах, но и в сельской местности распространены катои, которые принимают активное участие в местных праздниках и смотрах красоты.

Буддийский взгляд на катоя.

В буддизме существует множество недвусмысленных библейских отсылок к типу человека, которые не укладывается в европейско-американский стереотип категорий «мужчина» или «женщина», более сильным, если не значительным признаком, что катои были неотъемлемой частью тайской культуры являются факты, объясняющие почему человек становится катоем, в пределах традиционной буддистской системы верований. Согласно ему то, что человек станет катоем, предопределено с рождения и является прямым результатом кармического долга, накопленного через злодеяния совершенные в прошлых жизнях. Человек рождается катоем потому, что в предыдущей жизни он совершал вещи, которые нарушали сексуальные нормы. Такие преступления включают адюльтер, занятость женской проституцией, сексуальное растление детей или избегание исполнить ожидаемую роль в репродуктивном процессе, такая как отсутствие заботы мужчины о женщине, которая беременна от него. В тайском сознании они заслуживают сострадания, а отступать от канонов буддизма не в правилах тайцев.

Экскурс в историю

В переводе буддийского пальмового манускрипта (подобие христианского писания о сотворении мира) не раз упоминается третий пол, в переводе называемый гермафродитом, имеющий признаки обоих полов и ведущий себя либо как женщина, либо как мужчина. Т.е. изначально в тайской библейской истории фигурируют не 2, а три пола, а в некоторых источниках 4 – где помимо гермафродита («настоящего катоя»), существует еще pandaka – в пер. «евнух», слабое существо. Более того в Tipitaka (подобие Ветхого Завета) упоминается отношение самого Будды к катоям ка терпимое и даже примеры посвящения их в монахи.

На самом деле не существует ни четкого определения, ни логичной версии откуда и почему именно здесь они взялись. Ни один ученый, ни сами тайцы не знают. В книге Ричарда Тотмана «Третий пол» Катои – ледибои Таиланда» – сами катои на вопрос о своем историческом происхождении всегда отвечали: «Мы всегда здесь были».

Причины прочие…

Еще одной косвенной причиной для распространения данного явления, как ни парадоксально это звучит можно считать Вьетнамскую войну. Американцы разместили свои реабилитационные базы на территории Таиланда, преимущественно в Паттае, а что еще оставалось делать скучающим воякам, как ни предаваться экзотическим развлечениям. Женщин в Таиланде гораздо меньше, чем мужчин и по европейским меркам красоты тайские мужчины более привлекательны для фарангов (иностранцев) чем женщины. Они более худы, имеют более высокий рост, узкое лицо и высокие скулы, что делает лицо женственным и привлекательным.

Один гид упоминал также традиционный театр, где все роли исполнялись естественно мужчинами, и практически все карьеру актер играл определенный набор ролей или вообще 1 роль. И для большего вживания в свою маску женщины актеры продолжали жить жизнью своих героинь и после спектакля, они вели себя, одевались и говорили как женщины.

В общем и целом для меня единственной и логичной причиной популярности ladyboys является вездесущая тайская лень.  

Аристократы по духу и Крестьяне по жизни – вот повод для многих тысяч тайских транссексуалов пускаться во все тяжкие, чтобы хоть на шаг приблизиться к заветному Feminine. Я соглашусь, что часть из них действительно чувствуют себя женщинами и осознанно, несмотря ни на что готовы к перевоплощению, но большинство, я уверена, просто привлекает «легкая» жизнь на курорте (бары, рестораны, ночная жизнь и общение с состоятельными фарангами). В книге «Ladyboys – the secret life of Thailand third gender» рассказывается 11 историй перевоплощения, в 10 из которых «мужчины» родом из бедных крестьянских семей северного Таиланда либо эмигранты из Китая, зарабатывающие выращиванием риса.

Чаще всего это многодетная семья с консервативными взглядами, и по тайско-китайским традициям обязывающая мальчиков соблюдать некоторые «правила жизни» - обязательное 2-х летнее проживание в монастыре; преемственность поколений, т.е. при потере кормильца – отца или его недееспособности все обязанности переходят к старшему сыну; и другие прелести сельской жизни. Окончание начальной школы для мальчика означает завершение образования в целом, нередко по собственному желанию, и он приступает к взрослой жизни на полях. Младший же из детей чаще всего находится на попечении сестер, тетушек и прочих родственников женского пола. В прочитанных мною историях именно старшие или самые младшие (5-7 или более ребенок) оставляли семью, уезжали в Бангкок или Паттаю на заработки, где естесственно оказывались в секс индустрии. И вот еще один парадокс в Египте, например многие дети из бедных семей или бедуины и вовсе не посещают школу, а сразу начинают работать. Возможно, здесь накладывает свой отпечаток строгая мусульманская вера и каноны почитания старших подчинения их мнению и желаниям. Боязнь остаться одному, быть изгнанным и опозорить себя и семью.

Я не берусь никого судить и не обвиняю действительно дружелюбный и радостный народ, но когда процентное отношение катоев и обычных женщин составляет 80% на 20% в пользу первых это идет в разрез с любыми традициями, и никаким буддизмом здесь не прикроешься.

Для справки. (Википедия)

1.               Наибольшую известность в Таиланде получила Паринья Киатбусаба (Нонг Тум), победительница первенства по таиландскому боксу. На мой взгляд, самая красивая из виденных мною и действительно достойная называться женщиной. Всю жизнь он мечтал стать женщиной, но зарабатывать на жизнь в баре или проституцией не стал, а добился успеха в мужском теле, с помощью того, что лучше всего умеет и только после этого покинул большой спорт в 1999, перейдя на тренерскую работу по причине серии операций по смене пола, и вернулась в бокс в 2006.

2.               http://www.findbg.ru/THAILAND/entertainment/2472

Интересно то, что среди мужчин и женщин процент транссексуалов различный. Мужчины чаще стремятся стать женщиной, чем наоборот: количество женщин, стремящихся стать мужчиной, среди транссексуалов составляет не более 30%.

Еще почитать и посмотреть.

1.               Получил известность документальный фильм Ladyboys вышел в 1992 о двух молодых катоях из Патайи.

2.               Серия фильмов The Iron Ladies и The Iron Ladies 2 вышла про знаменитую волейбольную команду транссексуалов.

3.               В 2002 появился таиландский фильм Saving Private Tootsie о группе гомосексуалистов и катоев, спасающихся в джунглях после аварии самолёта. Канвой для фильма послужили реальные события со знаменитыми эстрадными артистами.

4.               О жизни боксёра Нонг Тум снят фильм «Прекрасный боксёр» в 2003, в отличие от фильмов «The Iron Ladies 1 & 2», этот фильм не ироничный, а достаточно серёзный.

5.               Ледибои в Турции

http://cherepahi.ru/poleznoe/retsenziya_k_state_iz_zhurnala_%C2%ABrusskiy_reporter%C2%BB_%28chast_1%29.htm

6.               Ричард Тотман «Третий пол». Катои — ледибои Таиланда - http://lib.rus.ec/b/209800/read

barash007.livejournal.com

Третий пол или катои таиланда - Документ - стр. 1

Катой (kathoey) — название «третьего пола» в Таиланде, состоящего из транссексуалок (мужчин, сменивших пол на женский) и трансвеститов, принимающих женский облик.

Представители катой называются в Таиланде также по-английски ladyboys или по-тайски sao (или phuying) praphet song («другой тип женщин»), а также phet thee sam (третий пол).

Слово происходит из кхмерского языка и позже распространилось по всей Юго-Восточной Азии, кроме Филиппин, где чаще употребляется слово «bakla». Про катой с некоторой иронией говорят, что это — «настоящие женщины» (так как их выбор своего пола — осознанный) или «женщины высшего сорта».

Понятие катой достаточно широко — оно описывает мужчин, которые демонстрируют женственность в разной степени — от одежды до применения, а также «женщин второго типа», которые для феминизации используют гормональную терапию, коррекцию формы груди, удаление адамова яблока и прохождения операции на гениталиях. Независимо от степени феминизации катой, их сексуальные интересы могут быть направлены на мужчин, женщин и других катоев.

Катой распознаются в раннем возрасте и их «третий пол» считается врождённым качеством. Ещё в подростковом возрасте они получают свободный доступ к гормональным препаратам. Половые гормоны в Таиланде продаются свободно.

В переводе буддийского пальмового манускрипта (подобие христианского писания о сотворении мира) не раз упоминается третий пол, в переводе называемый гермафродитом, имеющий признаки обоих полов и ведущий себя либо как женщина, либо как мужчина. Т.е. изначально в тайской библейской истории фигурируют не 2, а три пола, а в некоторых источниках 4 – где помимо гермафродита («настоящего катоя»), существует еще pandaka – в пер. «евнух», слабое существо. Более того в Tipitaka (подобие Ветхого Завета) упоминается отношение самого Будды к катоям ка терпимое и даже примеры посвящения их в монахи.

В книге Ричарда Тотмана «Третий пол» Катои – ледибои Таиланда» – сами катои на вопрос о своем историческом происхождении всегда отвечали: «Мы всегда здесь были».

Ричард Тотман«Третий пол». Катои — ледибои Таиланда

Я бы хотел поблагодарить этих людей за их помощь в моей работе: доктора Питчет Сайфана, доктора Сумитра Питифата, доктора Саран Винначамраса, доктора Прича Тиеутранона, доктора Шалардчая Рамитанонда, мистера Сурасак Суджайя, Мистера Синту Манпрасонга и Вагн Педерсена. Также библиотекам SOAS в Лондоне, Нельсона Хэйеса в Бангкоке и архивным библиотекам Брюсселя. Я очень благодарен Фелисите-Энн Холл, Хелен Дункан, Паулине Саттон и Бен Фостеру за их помощь в написании этой книги

Введение

В первый раз когда я остановился в Таиланде на длительный период, в 1998/99, я собирался путешествовать не как социолог, но скорее как турист. Десять лет назад я уже останавливался в Бангкоке на четыре дня на пути с Тайваня, и что-то в Таиланде, его людях и их образе жизни привлекло меня даже за это короткое время. С этих пор мои ответные визиты только подтверждали мнения многих других путешественников, что есть что-то притягательно странное в этой стране. Некоторые говорят что это в силу того факта, что Таиланд, он же Сиам как его раньше называли, — единственная страна в Юго-Восточной Азии которая сопротивлялась всем попыткам ее колонизации, поэтому получившаяся культурная целостность за прошедшие века наделила людей определенным чувством уверенности в себе. Не просто так Таиланд известен как «Страна Улыбок».

9 января 1999, Бангкок Пост, ежедневная газета печатаемая на английском языке, вышла со статьей, которая привлекла мое внимание своим заголовком «Розы Севера: Катои Университета Чианг Май». На первой странице была фотография двух привлекательных девушек одетых в традиционные тайские платья. Так сначала мне показалось. Статья начиналась:

«Суванна, учитель английского в университете Чианг Мая, помнит, что была ошеломлена «Имя в списке гласило «Сомсак», поэтому я рассчитывала увидеть мальчика. Вместо него свою руку подняла красивая девушка— для меня это было шоком!»

Статья описывала женскую общину катоев в университете, атмосферу терпимости по отношению к ним и различное, но в целом понимающее отношение к ним со стороны других студентов.

Я показал статью Хелен, моей спутнице в путешествии в то время, она бегло взглянула на нее и сказала что-то вроде «Да, очень красивые», и вернулась к своему завтраку. Когда я указал ей, что люди на фотографии были не просто девочками, она взглянула на меня с недоверием, схватила газету и прочитал статью целиком. Мы решили, что должны увидеть этих людей воочию, поэтому справились насчет шоу катоев в городке и в ту же ночь отправились посмотреть его. Эти кабаре широко освещаются в туристических книгах и рекламах как «шоу трансвеститов» или «кабаре трансвеститов». Однако, стало сразу ясно, что такое описание довольно ошибочно. Здесь было не представление геев, но что-то совсем другое, не имеющее аналогов на Западе; ничего даже отдаленно похожего. Мы оба почувствовали, что за внешне поверхностным внешним видом и блеском лежало что-то куда более серьезное и возможно глубоко укоренившееся. Могли ли эти исполнители и это кабаре быть современным отражением многовековых культурных традиций? И это стало началом моего интереса к этой загадочной мини-культуре и отправной точкой трехлетнего исследования, из которых более чем год я провел в Таиланде.

Частично из-за своего собственного интереса к личным интерактивным методам выполнения социального исследования, и частично с помощью удачи, мое мнение насчет катоев в Таиланде изложено в книге не в форме сухого социально-научного труда в общепринятом смысле. Скорее это попытка дать картину жизни этих людей и их места в тайской культуре после длительного проживания с ними и выслушивания того, что они рассказывают. Мой наставник и друг в Оксфорде, доктор философии Ром Харе, написал книгу «Объяснение Социального поведения». В этой книге есть глава названная «Почему бы не спросить их?» Согласно Харе, наилучший метод социального исследования — это когда тот, кто выслушивает, не отягощен багажом знаний по теме своего исследования, которые могут ему помешают. Встречаясь с людьми в их естественной обстановке повседневной жизни и записывая их биографии основанных на их воспоминаниях и историях, я надеялся достичь в некотором виде понимания культуры, так сильно отличающейся от моей. Я пользовался лишь минимум научных инструментов — только записной книжкой и карманным диктофоном.

Спустя два года после прочтения статьи в Бангкок Пост, я провел около шести месяцев в Таиланде, в течение которых я много путешествовал по стране. Мое исследование полагалось на наблюдение и интервью с катоями в Бангкоке, Хуа Хине (город в 300 км к юго-западу от Бангкока), Паттайе (главный туристический курорт в 150 км к юго-востоку от Бангкока), Хат Яйе (город на самом юге страны, вблизи границы с Малайзией) и на острове называемом Ко Самуи. Только двое из тех, кого я попросил, отказались дать интервью. Другие согласились в обмен за напиток или еду, или просто потому, что им нравилось рассказывать о себе. Эти интервью велись в основном на английском языке, мое понимание тайского языка на этом этапе было не более чем зачаточным. Не было назначенных мест, где проходили интервью. Как я полагал, в этом плане исследователю нужно было как можно ближе приблизиться к жизни этих людей. И все же во время интервью или ведении записей мне не удавалось сбросить видение «я и они» — свой неизбежный статус «чужого», себя как интервьюера-фаранга, моих интервьюируемых как субъектов или объектов исследования. Хотя априори не было причины не верить тому, что рассказывали люди, и создавалось впечатление, что они говорили открыто и честно, как мог быть кто-то абсолютно уверенным, что их истории были «искренними», а не приукрашенными или выдуманными в какой-то мере для западного Инквизитора?

Вернувшись в Англию, я твердо решил научиться говорить и понимать тайский язык. Поэтому когда я вернулся в Таиланд на свой третий продолжительный срок, я уже мог поддержать разговор на тайском и большую часть времени понимать, что было сказано и показывать, что я понял. Время и усилия что я потратил на изучение языка привели к важному прорыву в исследовании: тайская семья пригласила меня пожить сколько мне угодно в их доме. Их дочка была катоем (Акон, так звали ее в детстве, но Даенг — тем кем она стала позже), которую я встретил в одном из кабаре в городе. Это произошло благодаря сочетанию трех вещей — взаимного увлечения театром и танцами, естественной отзывчивости Даенг и ее открытого характера и моей способности говорить на сносном тайском — все это привело к такому добровольно предложенному приглашению, которое я сразу принял.

Другим плюсом, которым я мог воспользоваться в этой счастливой возможности, был большой запас времени. У меня оно было и поэтому я остановился в семье примерно на два месяца, едва встречаясь или разговаривая с другими фарангами все это время. По некоторым интересным причинам запрет на общение с другими фарангами был негласным условием при приглашении меня в дом, в котором жили Отец, Мать, Бабушка, Даенг и mat ban, горничная. Это был большой дом по тайским меркам, расположенный в состоятельном районе Чианг Мая, и в дополнение к обычной семье здесь был постоянный поток «дядей», «теть» и «двоюродных родственников». Я использую кавычки, потому что в Таиланде эти термины трактуются широко, часто относясь к близким друзьям, которые не являются родственниками по крови или со стороны мужа/жены. У Даенг было много друзей, большинство из которых были катоями, среди них была Мали. Другие два катоя жили в доме не на постоянной основе, а остальные были частыми гостями.

Скептик может возразить, что само присутствие постороннего человека в такой ситуации могло изменить ежедневные ритуалы и ход вещей и могло даже вызвать желание притворяться — например, преувеличивать истории и оценки. Но жизнь в доме выглядела в целом как нормальная. Отец был архитектором с неполной занятостью и экспертом по древним зданиям в юго-восточной Азии. Мать вела курсы по северо-тайской кухне и собиралась открыть пекарню в доме, а бабушка помогала mae ban по домашним делам, а в остальное время смотрела телевизор. Более того, будучи равноправным членом семьи, часто я мог осторожно проверять истории отдельных лиц на подлинность, слыша подтверждения у других членов семьи и друзей.

Меня радушно приняли в доме традиционным тайским гостеприимством, приглашая разделить то, что походило на банкет. Это не выглядело чем-то необычным, поскольку в большинство вечеров друзья Отца, в основном работающие люди и государственные служащие, садились за обеденный стол и наслаждались готовкой, за которую Мать пользовалась хорошей репутацией. Следующие месяцы я наслаждался тайской кухней, которой я никогда раньше не пробовал до этого. Мне показали мою комнату. В ней был маленький стол, с которого все убрали, чтобы я мог воспользоваться им для работы. Моей единственной жертвой стала определенная утрата личной свободы в том понимании, что как от члена семьи от меня ожидали, что я буду разделять пищу с семьей и в общем приму участие в семейной жизни. Еще от меня ожидали, что когда я не занят работой, я буду помогать Даенг как собеседник/учитель и помогу ей улучшить знание базового английского языка. Таковы были условия сделки. И конечно все свое время мне нужно было практиковать свой тайский. Даенг в это время выступала в двух шоу каждый вечер в разных частях города, так что все мои вечера, как и мои дня, были расписаны.

За эти месяцы, которые последовали, карманный диктофон, который я привез с собой, так и остался лежать нетронутым. У меня была уникальная возможность проникнуть в сообщество, которое было фактически закрытым для фарангов и на такой срок, на который я захочу. Поэтому я решил сначала воздержаться от задавания прямых вопросов, по крайней на первых порах, и позволить историям раскрываться за обеденным столом, в парке, в баре, на тренировках, в раздевалках…в любом месте, в естественное для этого время.

Шли недели, постепенно развилась искренняя дружба с членами семьи Даенг и со многими другими катоями, которые формировали экзотическую труппу исполнителей, с которыми я провел так много времени. Я знал, это займет время, чтобы завоевать доверие и уровень признания, который изменил бы мой статус как фаранга. Но у меня было время и язык, и я в конце концов занял это «привилегированное» положение, как отметил это один из профессоров Отделения Социологии и Антропологии в Университете Чианг Май. Это произошло в минибасе, мчащемся от одного театра к другому, набитом костюмами, головными уборами, стойками и дюжиной катоев, когда я отпустил плоскую шутку на тайском, которую они приняли с изумлением, и как говорится, я понял, что я «угадал». Поэтому я вскоре стал участником, к которому обращались за советом, мнением, доверяли тайну. Одна из небольших критик катоев основным тайским обществом — это то, что они говорят слишком много (phut mak). Вскоре я понял, что в этом была доля истины. Мои тщательные рассуждения о деталях своей научной методологии стали казаться чем-то странным сталкиваясь с бурными изливаниями речей этих людей. Я больше узнал о катоях за эти недели, чем я за предыдущие два года своей работы.

Когда это началось, столик, что семья так тщательно готовила для меня, едва ли уже понадобился мне. Как только я закрывал дверь и садился, появлялась бабушка с кофе и потоком слов северо-тайского диалекта, из которого я мало что мог понять. Потом появлялась Даенг и, заглядывая мне через плечо, просила помочь с произношением данного слова или другого и объяснить его значение. Потом я слышал, как меня зовут, потому что ужин готов.

До поездки в Таиланд в этом году (2000/1), я установил контакты по электронной почте с профессорами двух университетов — Thammasat в Бангкоке и в Чианг Мае — согласовал встречи с ними на кафедрах и поговорил с ними о предмете моего исследования. Я уже был в Университете Чианг Мая два раза и встречался и разговаривал с некоторыми профессорами на Кафедре Социологии и Антропологии. Мне показали различные библиотеки и сказали, что я могу свободно пользоваться ими и средствами кафедры в любое время. Спустя несколько дней в своем временном жилище, когда стало ясно, что в своем маленьком «кабинете» я не смогу позволить себе покоя, я объявил что часть дня я буду проводить в университете. Сначала это вызвало некоторое сопротивление, но я не собирался сидеть под «домашним арестом», чем это и являлось, поэтому я настаивал, что это было нужно для моей работы, потому что там были университетские библиотеки, которыми мне нужно было пользоваться (отчасти это было верно) и что таковы будут мои условия в распорядке дня. Очень скоро воцарилась рутина, которая всех устраивала, когда я проводил три дня в неделю, иногда четыре, в университете и вовремя возвращался домой, поспевая к изумительному обеду, разговорам с семьей и гостями и после этого к танцевальному представлению в самом городе.

Я наверное посетил сотню этих представлений, хотя директор постоянно менял программу и представлял новые номера. Местом для первого вечернего представления была маленькая сцена в большой огороженной местности внутри Ночного Базара. Время шоу, которое длилось чуть больше часа, начиналось в 8.30 вечера. Каждую ночь трое из нас, Даенг, еще одна танцовщица, которая жила в доме Даенг и я, прибывали в раздевалку, сидя сзади мотоцикла Даенг вовремя, чтобы подогнать костюмы и послушать короткий инструктаж от директора/хореографа о формате выступления, которое менялось каждую ночь, но была одинаковым в обоих местах. После шоу исполнители позировали для фотографий и чаевых. Ключевым исполнителям платили скромную зарплату в 2000 бат в месяц (около 35 фунтов) плюс чаевые, которые они могли заработать. Новичкам вовсе не платили зарплату и они целиком зависели от чаевых. Если ключевые исполнители были связаны контрактом — выступать каждую ночь два раза, неоплачиваемые танцовщицы не были обязаны так поступать, при условии что они предупреждают директора, что они не смогут выступить сегодня, чтобы он смог найти замену или изменить соответственно программу шоу. Однако, большинство неоплачиваемых исполнителей, включая Даенг и ее друзей, несмотря на ненадежные чаевые, которые они получали, танцевали большинство вечеров. Им нравилось танцевать и сильное чувство театрального товарищества связывало исполнителей вместе.

uchebana5.ru

Как отличить катоя в Таиланде?

Не самые утешительные данные Министерства Здоровья свидетельствуют о том, что приблизительно 25% мужского населения Таиланда решили изменить свой пол на женский.

Для туриста, 05.02.2016, 1 082, , Метки: советы туристу, Таиланд , автор: Роман

На вопрос: почему во время тура в Таиланд можно встретить так много трансвеститов, ответить довольно сложно. Обычно это объясняют тем, что заработная плата местных жителей значительно ниже той, которую получают работники развлекательной индустрии для туристов. Не удивительно, что с раннего детства много мальчиков мечтают работать в шоу «Саймон» или «Альказар», где помимо высокой заработной платы актеры удосуживаются заслужить уважение своих зрителей.

В связи с этим, в Таиланде существуют два понятия — «катой» и «лэди бой» — оба символизирующие некий третий пол человечества, к которому в этой стране относят всех транссексуалов, сменивших мужской пол на женский, то есть это трансвеститы, принимающие женское обличие.  Еще не так давно слово «катой» носило очень грубое значение в тайском языке и зачастую применялось как ругательство или осуждающее понятие. Но времена меняются и на сегодняшний день это слово приобрело даже шутливый и ироничный смысл.

Операция по смене пола обойдется в 65 000 долларов и не все тайцы, решившиеся на такой шаг, могут сразу заплатить такую сумму. Поэтому многие из них часто делают операцию поэтапно. Что же касается отношения местных жителей к тайцам, сменившим пол, то стоит отметить, что многие из них весьма толерантны к катоям и относятся к ним с пониманием. Огромное количество мальчиков ежегодно бредят мечтой сменить пол и стать женщиной. Не у всех получается после многочисленных хирургических вмешательств выглядеть женственно на все 100%, но есть и те, которых очень сложно отличить от настоящей тайской красавицы. В этой статье мы постараемся рассказать Вам о всех нюансах катоев, которые все же выдают их.

Как отличить трансвестита по внешним признакам

Первое, на что Вы должны обратить внимание – лицо. Запомните, что практически все тайские девушки круглолицые. Поэтому острые скулы зачастую указывают на трансвестита. Очень весомым, хотя и не утверждающим признаком является кадык – наряду с операцией по смене пола, хирурги научились очень качественно проводить операции по уменьшению размера кадыка. Далее – рост человека. Тайские девушки отличаются очень низким ростом, что в среднем достигает всего лишь 155 см! Очень редко Вы встретите настоящую высокую таиландскую девушку. Так что будьте аккуратнее, если рост 170 см и более – перед Вами может стоять совсем не девушка.

Всем известно, что трансвеститы отличаются особой манерностью и всегда используют много косметики. Они любят каблуки и вызывающую одежду. В то же время, настоящие тайки очень редко красятся, носят футболки и джинсовые шорты, а что же касается обуви – то предпочитают шлепанцы или туфли на низком ходу. Кстати, размер обуви местных тайских девушек колеблется от 33 до 37 размера, не больше. Тогда как у самого маленького катоя он будет начинаться с 40.

Обращайте внимание на голос – у катоев он зачастую более низкий и грубый. Фигура катоя отличается широкими плечами, узкими бедрами и подтянутыми мышцами. У них долинные руки и узловатые пальцы. Хоть и Таиланд является лидером среди стран с наибольшим количеством операций по смене пола, все же не все мужчины решаются убрать свое достоинство. Поэтому складки на одежде – самый явный и безошибочный признак трансвеститов. Если Вы никогда в жизни не видели трансвеститов и желаете чтобы этот момент наступил, то заказывайте горящие путевки из Киева в Бангкок или любой другой город. Незабываемые и не самые приятные впечатления гарантированы!

Поведение катоя

Можете не стесняясь спросить у самого тайца относительно его пола. Очень часто они ответят Вам на этот вопрос правду. А еще в официальных документах, например, в водительских правах, будет указан настоящий пол человека. В отличие от настоящих таиландских девушек, трансвеститы очень навязчивы и игривы. Они часто собираются в компании. Поэтому если Вам кажется что в окружении девушек стоит один транс – Вы ошибаетесь, просто остальные катои стали более женственными.

Если Вам все же не удалось отличить настоящего катоя от девушки, не спешите заниматься рукоприкладством. Политика Таиланда защищает права всех своих жителей, поэтому в любой ситуации виноватым сделают именно Вас. Лучше заплатит трансвеститу и поскорее попрощайтесь, после чего еще раз перечитайте эту статью. Возможно, Вы просто где-то ошиблись.

www.rthvictoria.com

Третий пол или катои таиланда

Катой (kathoey) — название «третьего пола» в Таиланде, состоящего из транссексуалок (мужчин, сменивших пол на женский) и трансвеститов, принимающих женский облик.

Представители катой называются в Таиланде также по-английски ladyboys или по-тайски sao (или phuying) praphet song («другой тип женщин»), а также phet thee sam (третий пол).

Слово происходит из кхмерского языка и позже распространилось по всей Юго-Восточной Азии, кроме Филиппин, где чаще употребляется слово «bakla». Про катой с некоторой иронией говорят, что это — «настоящие женщины» (так как их выбор своего пола — осознанный) или «женщины высшего сорта».

Понятие катой достаточно широко — оно описывает мужчин, которые демонстрируют женственность в разной степени — от одежды до применения, а также «женщин второго типа», которые для феминизации используют гормональную терапию, коррекцию формы груди, удаление адамова яблока и прохождения операции на гениталиях. Независимо от степени феминизации катой, их сексуальные интересы могут быть направлены на мужчин, женщин и других катоев.

Катой распознаются в раннем возрасте и их «третий пол» считается врождённым качеством. Ещё в подростковом возрасте они получают свободный доступ к гормональным препаратам. Половые гормоны в Таиланде продаются свободно.

В переводе буддийского пальмового манускрипта (подобие христианского писания о сотворении мира) не раз упоминается третий пол, в переводе называемый гермафродитом, имеющий признаки обоих полов и ведущий себя либо как женщина, либо как мужчина. Т.е. изначально в тайской библейской истории фигурируют не 2, а три пола, а в некоторых источниках 4 – где помимо гермафродита («настоящего катоя»), существует еще pandaka – в пер. «евнух», слабое существо. Более того в Tipitaka (подобие Ветхого Завета) упоминается отношение самого Будды к катоям ка терпимое и даже примеры посвящения их в монахи.

В книге Ричарда Тотмана «Третий пол» Катои – ледибои Таиланда» – сами катои на вопрос о своем историческом происхождении всегда отвечали: «Мы всегда здесь были».

Ричард Тотман «Третий пол». Катои — ледибои Таиланда

Я бы хотел поблагодарить этих людей за их помощь в моей работе: доктора Питчет Сайфана, доктора Сумитра Питифата, доктора Саран Винначамраса, доктора Прича Тиеутранона, доктора Шалардчая Рамитанонда, мистера Сурасак Суджайя, Мистера Синту Манпрасонга и Вагн Педерсена. Также библиотекам SOAS в Лондоне, Нельсона Хэйеса в Бангкоке и архивным библиотекам Брюсселя. Я очень благодарен Фелисите-Энн Холл, Хелен Дункан, Паулине Саттон и Бен Фостеру за их помощь в написании этой книги

Введение

В первый раз когда я остановился в Таиланде на длительный период, в 1998/99, я собирался путешествовать не как социолог, но скорее как турист. Десять лет назад я уже останавливался в Бангкоке на четыре дня на пути с Тайваня, и что-то в Таиланде, его людях и их образе жизни привлекло меня даже за это короткое время. С этих пор мои ответные визиты только подтверждали мнения многих других путешественников, что есть что-то притягательно странное в этой стране. Некоторые говорят что это в силу того факта, что Таиланд, он же Сиам как его раньше называли, — единственная страна в Юго-Восточной Азии которая сопротивлялась всем попыткам ее колонизации, поэтому получившаяся культурная целостность за прошедшие века наделила людей определенным чувством уверенности в себе. Не просто так Таиланд известен как «Страна Улыбок».

9 января 1999, Бангкок Пост, ежедневная газета печатаемая на английском языке, вышла со статьей, которая привлекла мое внимание своим заголовком «Розы Севера: Катои Университета Чианг Май». На первой странице была фотография двух привлекательных девушек одетых в традиционные тайские платья. Так сначала мне показалось. Статья начиналась:

«Суванна, учитель английского в университете Чианг Мая, помнит, что была ошеломлена «Имя в списке гласило «Сомсак», поэтому я рассчитывала увидеть мальчика. Вместо него свою руку подняла красивая девушка— для меня это было шоком!»

Статья описывала женскую общину катоев в университете, атмосферу терпимости по отношению к ним и различное, но в целом понимающее отношение к ним со стороны других студентов.

Я показал статью Хелен, моей спутнице в путешествии в то время, она бегло взглянула на нее и сказала что-то вроде «Да, очень красивые», и вернулась к своему завтраку. Когда я указал ей, что люди на фотографии были не просто девочками, она взглянула на меня с недоверием, схватила газету и прочитал статью целиком. Мы решили, что должны увидеть этих людей воочию, поэтому справились насчет шоу катоев в городке и в ту же ночь отправились посмотреть его. Эти кабаре широко освещаются в туристических книгах и рекламах как «шоу трансвеститов» или «кабаре трансвеститов». Однако, стало сразу ясно, что такое описание довольно ошибочно. Здесь было не представление геев, но что-то совсем другое, не имеющее аналогов на Западе; ничего даже отдаленно похожего. Мы оба почувствовали, что за внешне поверхностным внешним видом и блеском лежало что-то куда более серьезное и возможно глубоко укоренившееся. Могли ли эти исполнители и это кабаре быть современным отражением многовековых культурных традиций? И это стало началом моего интереса к этой загадочной мини-культуре и отправной точкой трехлетнего исследования, из которых более чем год я провел в Таиланде.

Частично из-за своего собственного интереса к личным интерактивным методам выполнения социального исследования, и частично с помощью удачи, мое мнение насчет катоев в Таиланде изложено в книге не в форме сухого социально-научного труда в общепринятом смысле. Скорее это попытка дать картину жизни этих людей и их места в тайской культуре после длительного проживания с ними и выслушивания того, что они рассказывают. Мой наставник и друг в Оксфорде, доктор философии Ром Харе, написал книгу «Объяснение Социального поведения». В этой книге есть глава названная «Почему бы не спросить их?» Согласно Харе, наилучший метод социального исследования — это когда тот, кто выслушивает, не отягощен багажом знаний по теме своего исследования, которые могут ему помешают. Встречаясь с людьми в их естественной обстановке повседневной жизни и записывая их биографии основанных на их воспоминаниях и историях, я надеялся достичь в некотором виде понимания культуры, так сильно отличающейся от моей. Я пользовался лишь минимум научных инструментов — только записной книжкой и карманным диктофоном.

Спустя два года после прочтения статьи в Бангкок Пост, я провел около шести месяцев в Таиланде, в течение которых я много путешествовал по стране. Мое исследование полагалось на наблюдение и интервью с катоями в Бангкоке, Хуа Хине (город в 300 км к юго-западу от Бангкока), Паттайе (главный туристический курорт в 150 км к юго-востоку от Бангкока), Хат Яйе (город на самом юге страны, вблизи границы с Малайзией) и на острове называемом Ко Самуи. Только двое из тех, кого я попросил, отказались дать интервью. Другие согласились в обмен за напиток или еду, или просто потому, что им нравилось рассказывать о себе. Эти интервью велись в основном на английском языке, мое понимание тайского языка на этом этапе было не более чем зачаточным. Не было назначенных мест, где проходили интервью. Как я полагал, в этом плане исследователю нужно было как можно ближе приблизиться к жизни этих людей. И все же во время интервью или ведении записей мне не удавалось сбросить видение «я и они» — свой неизбежный статус «чужого», себя как интервьюера-фаранга, моих интервьюируемых как субъектов или объектов исследования. Хотя априори не было причины не верить тому, что рассказывали люди, и создавалось впечатление, что они говорили открыто и честно, как мог быть кто-то абсолютно уверенным, что их истории были «искренними», а не приукрашенными или выдуманными в какой-то мере для западного Инквизитора?

Вернувшись в Англию, я твердо решил научиться говорить и понимать тайский язык. Поэтому когда я вернулся в Таиланд на свой третий продолжительный срок, я уже мог поддержать разговор на тайском и большую часть времени понимать, что было сказано и показывать, что я понял. Время и усилия что я потратил на изучение языка привели к важному прорыву в исследовании: тайская семья пригласила меня пожить сколько мне угодно в их доме. Их дочка была катоем (Акон, так звали ее в детстве, но Даенг — тем кем она стала позже), которую я встретил в одном из кабаре в городе. Это произошло благодаря сочетанию трех вещей — взаимного увлечения театром и танцами, естественной отзывчивости Даенг и ее открытого характера и моей способности говорить на сносном тайском — все это привело к такому добровольно предложенному приглашению, которое я сразу принял.

Другим плюсом, которым я мог воспользоваться в этой счастливой возможности, был большой запас времени. У меня оно было и поэтому я остановился в семье примерно на два месяца, едва встречаясь или разговаривая с другими фарангами все это время. По некоторым интересным причинам запрет на общение с другими фарангами был негласным условием при приглашении меня в дом, в котором жили Отец, Мать, Бабушка, Даенг и mat ban, горничная. Это был большой дом по тайским меркам, расположенный в состоятельном районе Чианг Мая, и в дополнение к обычной семье здесь был постоянный поток «дядей», «теть» и «двоюродных родственников». Я использую кавычки, потому что в Таиланде эти термины трактуются широко, часто относясь к близким друзьям, которые не являются родственниками по крови или со стороны мужа/жены. У Даенг было много друзей, большинство из которых были катоями, среди них была Мали. Другие два катоя жили в доме не на постоянной основе, а остальные были частыми гостями.

Скептик может возразить, что само присутствие постороннего человека в такой ситуации могло изменить ежедневные ритуалы и ход вещей и могло даже вызвать желание притворяться — например, преувеличивать истории и оценки. Но жизнь в доме выглядела в целом как нормальная. Отец был архитектором с неполной занятостью и экспертом по древним зданиям в юго-восточной Азии. Мать вела курсы по северо-тайской кухне и собиралась открыть пекарню в доме, а бабушка помогала mae ban по домашним делам, а в остальное время смотрела телевизор. Более того, будучи равноправным членом семьи, часто я мог осторожно проверять истории отдельных лиц на подлинность, слыша подтверждения у других членов семьи и друзей.

Меня радушно приняли в доме традиционным тайским гостеприимством, приглашая разделить то, что походило на банкет. Это не выглядело чем-то необычным, поскольку в большинство вечеров друзья Отца, в основном работающие люди и государственные служащие, садились за обеденный стол и наслаждались готовкой, за которую Мать пользовалась хорошей репутацией. Следующие месяцы я наслаждался тайской кухней, которой я никогда раньше не пробовал до этого. Мне показали мою комнату. В ней был маленький стол, с которого все убрали, чтобы я мог воспользоваться им для работы. Моей единственной жертвой стала определенная утрата личной свободы в том понимании, что как от члена семьи от меня ожидали, что я буду разделять пищу с семьей и в общем приму участие в семейной жизни. Еще от меня ожидали, что когда я не занят работой, я буду помогать Даенг как собеседник/учитель и помогу ей улучшить знание базового английского языка. Таковы были условия сделки. И конечно все свое время мне нужно было практиковать свой тайский. Даенг в это время выступала в двух шоу каждый вечер в разных частях города, так что все мои вечера, как и мои дня, были расписаны.

За эти месяцы, которые последовали, карманный диктофон, который я привез с собой, так и остался лежать нетронутым. У меня была уникальная возможность проникнуть в сообщество, которое было фактически закрытым для фарангов и на такой срок, на который я захочу. Поэтому я решил сначала воздержаться от задавания прямых вопросов, по крайней на первых порах, и позволить историям раскрываться за обеденным столом, в парке, в баре, на тренировках, в раздевалках…в любом месте, в естественное для этого время.

Шли недели, постепенно развилась искренняя дружба с членами семьи Даенг и со многими другими катоями, которые формировали экзотическую труппу исполнителей, с которыми я провел так много времени. Я знал, это займет время, чтобы завоевать доверие и уровень признания, который изменил бы мой статус как фаранга. Но у меня было время и язык, и я в конце концов занял это «привилегированное» положение, как отметил это один из профессоров Отделения Социологии и Антропологии в Университете Чианг Май. Это произошло в минибасе, мчащемся от одного театра к другому, набитом костюмами, головными уборами, стойками и дюжиной катоев, когда я отпустил плоскую шутку на тайском, которую они приняли с изумлением, и как говорится, я понял, что я «угадал». Поэтому я вскоре стал участником, к которому обращались за советом, мнением, доверяли тайну. Одна из небольших критик катоев основным тайским обществом — это то, что они говорят слишком много (phut mak). Вскоре я понял, что в этом была доля истины. Мои тщательные рассуждения о деталях своей научной методологии стали казаться чем-то странным сталкиваясь с бурными изливаниями речей этих людей. Я больше узнал о катоях за эти недели, чем я за предыдущие два года своей работы.

Когда это началось, столик, что семья так тщательно готовила для меня, едва ли уже понадобился мне. Как только я закрывал дверь и садился, появлялась бабушка с кофе и потоком слов северо-тайского диалекта, из которого я мало что мог понять. Потом появлялась Даенг и, заглядывая мне через плечо, просила помочь с произношением данного слова или другого и объяснить его значение. Потом я слышал, как меня зовут, потому что ужин готов.

До поездки в Таиланд в этом году (2000/1), я установил контакты по электронной почте с профессорами двух университетов — Thammasat в Бангкоке и в Чианг Мае — согласовал встречи с ними на кафедрах и поговорил с ними о предмете моего исследования. Я уже был в Университете Чианг Мая два раза и встречался и разговаривал с некоторыми профессорами на Кафедре Социологии и Антропологии. Мне показали различные библиотеки и сказали, что я могу свободно пользоваться ими и средствами кафедры в любое время. Спустя несколько дней в своем временном жилище, когда стало ясно, что в своем маленьком «кабинете» я не смогу позволить себе покоя, я объявил что часть дня я буду проводить в университете. Сначала это вызвало некоторое сопротивление, но я не собирался сидеть под «домашним арестом», чем это и являлось, поэтому я настаивал, что это было нужно для моей работы, потому что там были университетские библиотеки, которыми мне нужно было пользоваться (отчасти это было верно) и что таковы будут мои условия в распорядке дня. Очень скоро воцарилась рутина, которая всех устраивала, когда я проводил три дня в неделю, иногда четыре, в университете и вовремя возвращался домой, поспевая к изумительному обеду, разговорам с семьей и гостями и после этого к танцевальному представлению в самом городе.

Я наверное посетил сотню этих представлений, хотя директор постоянно менял программу и представлял новые номера. Местом для первого вечернего представления была маленькая сцена в большой огороженной местности внутри Ночного Базара. Время шоу, которое длилось чуть больше часа, начиналось в 8.30 вечера. Каждую ночь трое из нас, Даенг, еще одна танцовщица, которая жила в доме Даенг и я, прибывали в раздевалку, сидя сзади мотоцикла Даенг вовремя, чтобы подогнать костюмы и послушать короткий инструктаж от директора/хореографа о формате выступления, которое менялось каждую ночь, но была одинаковым в обоих местах. После шоу исполнители позировали для фотографий и чаевых. Ключевым исполнителям платили скромную зарплату в 2000 бат в месяц (около 35 фунтов) плюс чаевые, которые они могли заработать. Новичкам вовсе не платили зарплату и они целиком зависели от чаевых. Если ключевые исполнители были связаны контрактом — выступать каждую ночь два раза, неоплачиваемые танцовщицы не были обязаны так поступать, при условии что они предупреждают директора, что они не смогут выступить сегодня, чтобы он смог найти замену или изменить соответственно программу шоу. Однако, большинство неоплачиваемых исполнителей, включая Даенг и ее друзей, несмотря на ненадежные чаевые, которые они получали, танцевали большинство вечеров. Им нравилось танцевать и сильное чувство театрального товарищества связывало исполнителей вместе.

Второе выступление было на полуоткрытом месте менее чем в километре от Ночного Базара. Оно начиналось около 11 ночи. Персонал загружал, укладывал, перевозил и раскладывал костюмы, стойки, рассаживался сам и все это так искусно, что мы прибывали на второе место около 10 вечера, имея всего час в запасе. Мы проводили его в одном из баров вблизи раздевалки, сдвинув два или три стола вместе, чтобы всем хватило места. Для исполнителей это было чудесное время дня, полностью отведенное на сплетни. Даже когда начиналось шоу, те, кто не был на сцене или в спешке переодевался в костюм, с нетерпением возвращались к столам, не желая пропускать разговор, часто едва успевая пойти на сцену, иногда опаздывая со следующим номером. Покрытая сцена, также используемая для матчей по кикбоксингу, когда натягивались канаты вокруг периметра, стояла в центре открытая со всех сторон площади, окруженной барами и ресторанчиками. Общая обстановка была относительно неформальной и звуковая система не могла помешать приглушенному разговору между теми танцовщицами, которые не выступали непосредственно на сцене.

Добродушные шутки (по большей части), с хорошим чувством юмора продолжались еще и после шоу, когда танцовщицы переодевались из последних костюмов обратно в повседневную одежду. После этого некоторые из нас направлялись к другим барам или местам с живой музыкой, играющими смесь тайской и западной музыки, где мы сидели и разговаривали ночью. Так проходило постоянно и если настроение позволяло, они пускались в спонтанные танцы в вящему восхищению поздней клиентуры.

С моими научными инструментами ограниченными теперь записной книжкой, в которой я каждый день делал длинные заметки, было ли это полностью моим исследованием? Для тех, кто делает «срез жизни» внутри сообщества отличающегося от нашего, ничего не может быть лучше, чем на время стать частью этой жизни. Но танцовщицы кабаре представляли только одно выражение культуры катоев в Таиланде, хотя и самое важное. Катои повсеместны и их можно увидеть среди широкого спектра профессий. Они, если их можно грубо описать, имеют склонность к «артистичным» карьерам — дизайн костюмов, парикмахерство, фотография и шоу-бизнес — чем к научной работе или коммерции, но некоторые работают в офисах или занимаются административной работой.

К удивлению, группа, с которой я сблизился, оказалась по большей части равнодушной к истории катоев Таиланда. Задаваемые им вопросы об их мире только выявляли самые туманные варианты ответов вроде «мы всегда были в Таиланде» и «много много столетий назад» и т. д. Конечно, следы длинной истории этой субкультуры были в их праве-выбора, в повсеместности этих людей по стране и принятии (хотя не всегда одобрении) их тайцами с нормальной ориентацией, как части более широкой культуры и еще из-за самого понятия и происхождения слова «катой». Но было понятно, что полное понимание этой группы потребует некоторого исторического исследования. Мое задание окончательно стало ясным. В книге приведены в биографическом стиле повествования истории отдельных людей, которые по мановению судьбы стали моими друзьями, все это представлено с моей точки зрения, которую я выработал и я приоткрыл то, что находится за кулисами тайской истории, традиций и мифов.

Все повествования, приведенные в книге, правдивы с точки зрения опрашиваемых. Я признаю, что позволил себе маленькое художественное приукрашивание при реконструкции школьных лет трех главных героев, выдумывании диалогов, но истории их такие, какими они были рассказаны мне каждой из них. Фактические детали восстановлены с помощью учителей в средней школе и профессором университета Чианг Май. Описание людей и мест — подлинные, но некоторые места и имена людей были изменены по соображения конфиденциальности. «Объяснения» в моей части были сведены к минимуму — кроме, теории о роли катоев в религиозном порядке, приведенной в Главе 13, которая является чистым толкованием. Повествования, связанные с последствиями выбора в детстве, когда один выбрал проституцию и различные эпизоды в жизни людей — подлинные истории.

Общая информация и взгляд на катоев, записанный в этой книге — в основном результат интервью-бесед с 43 лицами в течении трех лет, со всеми из которых я встречался и общался больше чем один раз. 15 из них я знаю очень хорошо. Из них, пятеро стали длительными друзьями, среди них трое, чьи биографии появились как часть текста в книге. Поэтому, можно было сделать наброски и ключевые моменты в жизни только троих, потому что они стали (и остаются) моими друзьями и я заработал их доверие.

Нужно сделать сноску насчет значения термина катой. По причинам, которые я надеюсь будут очевидными из текста, здесь нет западных параллелей с ним и схожей категории людей в других странах, таких как аборигены Америки бердаши (berdache) и индийские хиджры (hijra). Это означает, что нет слова в английском языке, которое могло бы дословно перевести эти термины. Антропологи спорили насчет наилучшего объяснения этого термина, которое понятнее всего объясняло бы эту субкультуру, но которое в любом случае не было бы унизительным или снисходительным. Эти усилия привели к возникновению любопытных жаргонных слов, таких как «две души» или люди с «пограничным полом». Существует много обычаев и традиций среди стран юго-восточной Азии, которые несопоставимы с теми же обычаями в Западном мире, и катои являются одной из них. Кажется неправильным описывать их, используя западные термины, такие как «кросс-дрессеры»(носящие одежду представителей противоположного пола), «трансвеститы» или «геи». Даже недавно заимствованное слово «ледибой» туманно отражает историю этих людей и их традиционную роль в тайской культуре. Если для нас они представляют удивительный класс людей, понятный весьма смутно, для тайцев они веками являются и были знакомой частью повседневной жизни. Поэтому я везде, где возможно, решил сохранить оригинальный непереводимый термин, катой (примерно произносимый как kateuyee) и относить их к основному классу, частью которого они являются, «транссексуалы», «трансгендеры» или «третий пол».

следующая страница>

flatik.ru


Смотрите также